12.02.2010

В ГОСТЯХ У БАРГУЗИНА

 

Наше путешествие начиналось 31 августа ранним дождливым утром в Улан-Удэ. Мы выехали в направлении на Баргузин через укрытый низкими облаками перевал Пыхта на полноприводном Ниссане Эрнесса. Нас пятеро: за рулем Герман Евсеев, в машине его жена Людмила, шестилетняя дочка Настя и я с женой Галиной. Ехали мы в буквальном смысле за туманом, а точнее – за красивыми пейзажами, поскольку все мы в той или иной степени увлечены фотографией. Конечной целью нашей поездки был курорт Кучегэр (так он был обозначен на карте), расположенный в самом конце Баргузинской котловины, где мы планировали провести 8-9 дней из нашей двенадцатидневной поездки.
В первый день мы планировали добраться до базы Кумуткан, находящейся в поселке Максимиха на берегу Байкала, а точнее – Баргузинского залива. 235 километров до нее мы проехали практически с единственной остановкой в Турке на обед, тем более что погода не вызывала большого желания покидать теплый салон. За окнами, не переставая, лил дождь, который временами, казалось, начинал стихать, но в следующие пять-десять минут вновь усиливался, низкие облака ползли почти по земле и воде, на берегу Байкала гулял ветер. Поэтому наши не очень настойчивые попытки сделать сколько-нибудь интересные кадры у Турки и у знаменитой Черепахи к особому успеху не привели.
Дождь кончился и выглянуло солнце, когда мы уже приехали в Кумуткан. Так что сразу после размещения мы отправились к Байкалу засвидетельствовать ему свое почтение, тем более что назавтра маршрут уводил нас от его берегов. Тут у нас случилась первое и, к счастью, последнее происшествие, связанное с отказом техники. Самый юный член нашей команды – шестилетняя Настя – решила повозиться в прибрежном песке, забыв про свой висевший на шее фотоаппарат – маленькую цифромыльницу. В результате песок попал в механизм шторки, закрывающей объектив, она отказалась открываться и Настя на всю поездку осталась без фотоаппарата. Что, впрочем, ее не очень расстроило.
К вечеру совсем распогодилось и нам с Германом удалось, наконец, провести первую вполне удачную фотосессию. Надо сказать, что участок берега у Максимихи очень живописный. Здесь мы уже фотографировали годом раньше в июле месяце и та, прошлогодняя, фотосессия тоже оказалась вполне удачной. Берег здесь низкий, песчаный с небольшими озерцами, заросшими болотной травой, среди которой поблескивают небольшие окна чистой воды. И подойти по берегу можно не собственно к Байкалу, а к небольшому заливчику, отделенному от озера длинной песчаной косой, с почти идеальным зеркалом спокойной воды и отражающимися в нем облаками. А в моменты прилива в узком горлышке, соединяющем залив с озером, было видно, как вода перетекает из озера в залив. Временами даже казалось, что это струится не вода, а шевелится там какое-то живое существо. И почему-то хотелось, чтобы оно было неведомым. Это, наверное, потому, что не проходит с годами у человека вера в чудеса и их ожидание.
Следующий день начался с нашей с Германом поездки к рассвету на мысок южнее Максимихи с небольшим маячком на нем. На этом же мыске почти рядом с маячком стоит большой деревянный крест. К сожалению, ничего удачного мне, по крайней мере, снять в то утро не удалось. Скорее всего потому, что не удалось найти нужной точки съемки. Или время мы выбрали неудачно.
А после завтрака мы сразу же продолжили наш маршрут в надежде добраться к вечеру до Кучегэра. Но планам нашим не суждено было сбыться.
Сначала все складывалось очень удачно. Небо с утра было безоблачным, день обещал быть теплым. Мы без задержки попали на паром в Усть-Баргузине, а уже к полудню по хорошей гравийной дороге долетели до Баргузина.
В Баргузин мы въехали, когда школьники младших классов возвращались из школы. А поскольку было это первого сентября, то увидели как всегда волнующую и оптимистичную картину первого дня учебного года, когда ученики все аккуратно и нарядно одеты и причесаны. Особенно маленькие девочки, такие трогательные и чистенькие в своих белых наглаженных фартучках. В Баргузине они все, как одна, были еще и с огромными белыми бантами на головах. И глядя на них, так хотелось верить, что вся их жизнь будет такой же светлой и чистой, как эти банты и фартучки.
В Баргузине мы перекусили и встретились с нашими заочными знакомыми, которые предложили проводить нас до Кучегэра. Однако к этому времени у нас созрел план посмотреть по дороге в Кучегэр Сувинский саксонский замок и Ининский сад камней. Для этого нам надо было несколько изменить маршрут: продолжать движение не по основной трассе через Кумуткан по правому берегу Баргузина, а переехать по мосту на другой берег реки, доехать до деревни Суво и далее мимо Баянгола и Хилганы выехать к следующему мосту через Баргузин. А оттуда уже двигаться на Кумуткан и далее на Кучегэр по основной трассе. Наши знакомые вызвались нас проводить и по этому маршруту.
Дорога через Суво оказалась достаточно интересной. Километров через тридцать, миновав пару небольших деревушек, мы выехали к солончакам и соленым Алагинским озерам. Хотя окружающая природа не отличалась разнообразием, осень постаралась и здесь. Трава местами была еще зеленой, местами желтой, а местами и красной. Последняя в солнечный день особенно хорошо выделялась на фоне почти белой поверхности солончаков. Но еще более интересными были отдельные детали. Недалеко от дороги лежали остатки ствола дерева или деревянного столба, которые соль превратила в сплетение белых жгутов толщиной в палец. Кое-где виднелись торчащие изъеденные солью остатки стволов деревьев. Когда мы шли по солончаку, его поверхность неприятно вздрагивала и прогибалась под ногами. Местами на нем сохранились маленькие, не более полуметра в диаметре лужицы соленой воды, по краям которых небольшие травинки были покрыты белой солью, словно густым инеем.
За Большим Алагинским озером дорога круто повернула вправо в сторону Икатского хребта, прикрывающего Баргузинскую котловину с юго-востока. Дойдя до гор, дорога сделала полукруг, огибая небольшую сопку, и вывела нас к деревне Суво, расположенной у подножия Икатского хребта. Деревня смотрелась очень живописно, а справа на склоне виднелись причудливые скалы – Сувинский саксонский замок. Скалы были действительно похожи на замок или средневековую крепость. Тем более что склоны были гладкими, покатыми, покрытыми низкой еще зеленой травой, а из травы круто взмывали вверх темно-коричневые стены скального замка. По преданию именно в этих скалах обитал хозяин легендарного байкальского ветра – Баргузина. Оценив окружающий ландшафт и сделав несколько кадров, мы двинулись дальше.
Через несколько километров дорога ушла в сторону от Икатского хребта, пересекла речку Инку. А вскоре мы увидели Ининский сад камней, который нас здорово разочаровал. Рядом находился поселок Юбилейный с какими-то промышленными постройками и старой брошенной техникой на окраине. Тут же проходила линия электропередач. Да и сами камни показались какими-то неинтересными, не живописными. Так что нам здесь ничего не приглянулось. Хотя и не исключено, что при другом освещении, при другой погоде эти камни будут смотреться совсем иначе.
Отсюда дорога шла мимо Баянгола и Хилганы в сторону нависавшего над котловиной с севера-северо-запада Баргузинского хребта. Однако чтобы попасть на основную трассу в сторону Кучегэра, нам надо было еще переправиться на правый берег Баргузина. Поскольку в этом месте был мост и находился он в рабочем состоянии, то, казалось, никаких проблем у нас не будет. Но… Через мост мы переехали, а вот дальше перед нами возникло непредвиденное препятствие в виде разлившихся рукавов Баргузина. И разливы эти оказались не только широкими, но и, что гораздо более существенно, достаточно глубокими. Герман, разувшись, пошел проверять глубину брода. И быстро убедился, что местами вода поднималась выше колен, так что о переправе на нашей Эрнессе не могло быть и речи. Пытаясь переправиться, мы наверняка залили бы салон и почти наверняка встали бы на середине брода с заглохшим движком. В этих условиях решение могло быть только одно – возвращаться в Баргузин и ночевать там.
Впрочем, это оказалось даже к лучшему. Время шло к вечеру, а вечернее освещение давало надежду снять интересные по свету кадры.
Этим подарком мы не преминули воспользоваться, сделав по дороге несколько остановок. При этом на остановках у подножия Икатского хребта мы неожиданно для себя столкнулись с полчищами мелких комаров. Неприятность была не только в том, что они зверски кусались и лезли в глаза, нос и уши. Возникали опасения в возможности безопасной смены объективов: комары могли попасть внутрь камеры, прилипнуть к зеркалу или, еще хуже, к матрице. Последствия были очевидны – необходимость немедленной чистки матрицы, что в полевых условиях делать совсем не хотелось. Пропадали комары, да и то не полностью, только на открытых местах, где гулял ветерок.
На этих остановках, да и впоследствии мое внимание привлекла интересная особенность деревьев, которые росли на открытых местах в Баргузинской котловине. Стволы деревьев казались закрученными винтом чьей-то могучей рукой, что было хорошо заметно на стволах высохших деревьев.
В Баргузин мы въехали, когда было уже темно. Остановиться на ночь нам удалось в гостевом доме на окраине поселка. Дом, хотя и достаточно просторный, был рассчитан на 5-6 гостей. Обстановка была очень уютной, домашней. Хозяева гостевого дома − супружеская пара − Галина Николаевна и Виктор Васильевич. Не успели мы занести вещи и переодеться, как они накрыли стол к ужину. На столе было все домашнее: помидоры, огурцы, зелень с собственного огорода, вареная картошка, соленые грибы, которые я вообще-то не люблю, но тут ел их с горячей картошкой с удовольствием. Разумеется, выпили по чуть-чуть за хозяев и за гостей. За ужином узнали, что нам здорово повезло с ночевкой. Гостевой дом пользуется популярностью, в нем часто останавливаются приезжие, в частности, рыбаки. Пустует он редко. И, чтобы остановиться в нем, лучше заранее договориться с хозяевами.
На следующее утро к восходу солнца мы с Германом выехали к соленым озерам. Утро было ясное и холодное, руки без перчаток мерзли. Но картина, открывшаяся с восходом солнца, стоила любых неудобств. Показавшееся из-за Икатского хребта осеннее солнце мягко осветило внушительную гряду Баргузинского хребта, под вершинами которого протянулась тонкая цепочка белых облачков. И в этом свете с этими легкими нежными облачками Баргузинский хребет потерял всю свою суровость, характерную для него в любое другое время. В зеркале застывшей в утренней неподвижности воды озер отражалось голубое небо. Пожелтевшие осенние камыши казались неестественно яркими, на их фоне выделялись невысокие яркого бордового цвета кустики каких-то торчащих из воды растений.
Завершив съемку, мы вернулись в Баргузин, позавтракали все вместе и, быстро собравшись, выехали в Кучегэр. В этот день нам предстояло проехать около 90 километров до Курумкана и не менее 80 километров после него.
Здесь хочется сделать небольшое отступление про нашу юную спутницу – шестилетнюю Настю. Она путешествует с родителями с трехлетнего возраста. За все это время проехала уже не одну тысячу километров. И всегда стойко переносила все неудобства, связанные с подобными поездками. По крайне мере ни в этой поездке, ни в прошлогодней мы ни разу не слышали от нее жалоб или капризов. В машине в середине прохода между передними и задними сидениями стояла большая сумка, которая вместе с частью заднего сиденья служила Насте в дороге походной постелью. Временами, когда ее начинало слегка мутить, они с мамой соревновались, кто первым увидит показавшуюся из-за очередного поворота машину. А иногда (это я говорю под большим секретом) на пустых участках проселочных дорог Насте разрешали сесть папе на колени и, держась за руль, почувствовать себя очень крутым водителем.
До Курумкана шла вполне хорошая гравийка. В самом Курумкане и несколько километров за ним был даже асфальт. А вот дальше все изменилось: кое-где дорога была вполне ничего, а кое-де приходилось ехать со скоростью километров 15-20 в час. Хорошо еще, что мосты – а их на этом участке дороги великое множество - были во вполне приличном состоянии, многие из них находились в стадии ремонта, но проехать по ним можно было совершенно спокойно. Практически на всем протяжении от Курумкана по обе стороны дороги к ней вплотную подступала тайга. Только на последних десяти километрах с обеих сторон дороги появились открытые пространства, на которых часто виднелись заимки, состоящие из трех четырех строений. Неожиданно на очередном открытом пространстве мы увидели комплекс школы-интерната с современными красивыми зданиями и спортивными площадками, огороженный по всему периметру железной оградой. Невольно подумалось, что не каждый российский город может похвастаться такими образовательными учреждениями.
Школа-интернат располагалась на окраине Улюнхана, населенного пункта, в котором, как нам сказали, был даже ночной магазин. Но видимо этот интернат был его единственным достоинством. Широкая улица была грязной, с огромными лужами. Людей почти не было видно. Только две группы мальчишек, человека по три-четыре, кидались друг в друга мелкими камешками и комками грязи. Да еще какая-то довольно неопрятного вида и в непонятном состоянии женщина неопределенного возраста на наш вопрос о том, где можно купить хлеба, предложила купить у нее молока.
Проехав от Улюнхана еще три-четыре километра, мы попали в Кучегэр – деревню, над которой метрах в трехстах на склоне Баргузинского хребта на краю леса располагался курорт, в котором мы планировали остановиться. К курорту вела дорога, уходившая по пологому склону вправо от деревни и исчезавшая в лесу. Дорога оказалась длиной километра два, была узкой с торчащими довольно высоко камнями. Так что даже на нашей машине с высоким дорожным просветом приходилось ехать осторожно.
Курорт представлял собой пять-шесть деревянных одноэтажных далеко не новых домов и один двухэтажный корпус. Судя по отсутствующим рамам в оконных проемах, последний, похоже, уже не функционировал. Ниже по склону, на краю болота виднелись три или четыре ветхие избушки, в которых находились грязевые ванны. Метрах в ста от жилых корпусов среди деревьев стояло несколько деревянных туалетных кабинок, идти к которым ночью, судя по всему, пришлось бы в полной темноте. Территория была кое-где огорожена, где сеткой, а где изгородью из жердей. Неподалеку в лесу находился так называемый "глазной" источник. Наличия какого-либо медицинского персонала мы не заметили. Централизованного питания в Кучегэре не было. Судя по имевшейся у нас информации, курорт славился своими грязями и очень невысокой по нынешним временам ценой – кажется 200 рублей в сутки.
Нам достался самый новый домик. Он был даже огорожен невысоким штакетником. Дверь с улицы вела на застекленную веранду, на которой стоял стол со скамейками, холодильник и умывальник с раковиной. Далее можно было попасть на кухню с электроплитой и стоявшими перед ней двумя старыми протертыми мягкими креслами. С левой стороны от входной двери располагались двери в две комнаты, отделенные от кухни и друг от друга невысокими перегородками. В центре между дверей стояла печка. В каждой комнате было по две кровати, над которыми даже висели бра. Кровати оказались довольно жесткими, что, наверное, и требовалось для тех, у кого были проблемы с опорно-двигательным аппаратом. Но нам хотелось спать на чем-то более мягком, и мы выпросили себе еще по одному матрасу.
Мы быстро разместились и, пока женщины занялись приготовлением обеда, решили с Германом проехать на озеро, о котором узнали от кого-то из местных обитателей. С первого взгляда на это озерцо я назвал его про себя бесперспективным. Оно было совсем маленьким, не более двадцати метров в поперечнике, с густо заросшими деревьями и кустарником берегами. Прогулка в деревню после обеда тоже особо не обрадовала, ничего интересного на глаза не попалось. Гораздо интереснее было бы добраться до берега Баргузина. Но пешком это было далековато, а рисковать машиной, проехав еще дважды по дороге с острыми торчащими камнями, мы не могли.
Результатом наших прогулок в окрестностях Кучегэра стало единодушное мнение, что делать нам здесь нечего. Поэтому решили утром на следующий день отправиться на поиски барханов, которые находились где-то на противоположной стороне Баргузинской котловины. Наше решение уехать утром немало удивило двух молодых бурят, которые олицетворяли администрацию курорта. Они никак не могли взять в толк, зачем надо было ехать несколько сотен километров до курорта, славящегося своими целебными грязями, чтобы, ни разу ими не воспользовавшись, уехать утром следующего дня.
Утро выдалось ясным, а в окно было видно, как вдали над Баргузином клубится туман. Но отправляться в дорогу без завтрака мы не рискнули, а когда выехали из Кучэгэра, туман уже растаял. Между тем погода начинала портиться. В небе над южной частью котловины хорошо были видны косые полосы дождя. И у нас через Баргузинский хребет уже начинали переползать темные дождевые облака. Через короткое время они уже почти закрыли солнце. Но в те мгновения, когда солнце все же пробивалось из-за облаков, нам удалось отснять несколько интересных сюжетов. Баргузинский хребет, река, расположенные на луговинах заимки эффектно смотрелись, когда солнечные лучи яркими пятнами выхватывали из начинающего все более мрачнеть пейзажа отдельные участки местности.
Но уже скоро солнце окончательно скрылось за серыми низкими облаками, пошел сильный дождь. Он с небольшими перерывами продолжался всю дорогу, пока мы ехали до селения Могойто, которое располагалось немного не доезжая Курумкана на левом берегу Баргузина. В Могойто мы уточнили дорогу до поселка Майский, неподалеку от которого, по информации Германа, должны были быть барханы и где находилась гостиница Джергинского заповедника, в которой мы рассчитывали переночевать.
К этому времени дождь закончился, солнце осветило окружающую местность, но на фоне Баргузинского хребта быстро неслись рваные остатки дождевых облаков. До сих пор жалею, что мы так и не остановились по дороге для хотя бы короткой фотосессии.
В Майском, переговорив с сотрудниками заповедника, мы, к нашему удивлению, выяснили, что барханы находятся в противоположной от Могойто стороне за деревней Булаг. Поскольку до вечера было еще далеко, мы отказались от намерения ночевать в Майском и направились к барханам, которые и увидели после полутора часов дороги. К сожалению, погода к этому времени опять начала портиться, солнце с трудом пробивалось сквозь пелену облаков.
Барханы, прежде всего, удивили огромным количеством мелких комаров, наличие которых объяснялось, по-видимому, окружавшей барханы болотистой местностью. Побродив с часок по барханам, мы отправились в Курумкан в надежде остановиться там на ночлег. Во время прогулки по барханам, я подумал о том, что снять здесь кадры, в которых кроме песка и неба не было бы ничего другого, подобные тем, что снимают в пустынях, едва ли возможно. Между песком и небом здесь в кадр всякий раз попадали горы Баргузинского или Аргадинского хребтов.
К гостинице "Туяа" в Курумкане мы подъехали уже в темноте. К счастью в ней нашлись два свободных двухместных номера, в которых мы и разместились на ночь. По своему уровню гостиница была далека от пяти- или трехзвездочной. Тем не менее, нас это не огорчило. Подумаешь, что номер, несмотря на два замка на двери, не удавалось запереть и дверь на ночь пришлось подпирать стулом. А чтобы вскипятить чайник, надо было на кровать поставить табуретку и сверху еще ведро – иначе шнур не доставал до высокой розетки. Главное, что можно было переночевать под крышей. Тем более что поздно вечером началась сильная гроза.
В этот день по дороге у нас неоднократно как бы сами собой заходили разговоры про Тункинскую долину, про Аршан, где и Герман с семьей, и мы с Галиной бывали в прошлые годы. Герман делился впечатлениями от летней поездки на озеро Ильчир, в котором берет свое начало Иркут. Итогом всех этих разговоров и воспоминаний утром следующего дня стало решение покинуть Баргузинскую котловину и отправиться в дорогу к подножию Восточных Саян.
На прощание по дороге мы сделали еще несколько кадров осеннего разлива Баргузина. А уже часа через три переправились в Устье через Баргузин и покинули Баргузинскую котловину.
В дороге меня не покидали двойственные ощущения. С одной стороны хотелось вновь увидеть Аршан, Кынгаргу, доехать и самому взглянуть на Ильчир. А с другой… Мы буквально пронеслись за прошедшие дни по Баргузинской котловине и успели только осознать ее своеобразие и красоту. Но за такой короткий срок было невозможно хотя бы в малой степени отразить в отснятом материале разнообразие ее пейзажей, где на сравнительно небольшой территории можно увидеть горы и степи, реки, озера и солончаки, тайгу и барханы. Мы в этой поездке даже не готовились к ночевкам в полевых условиях, а Баргузинскую котловину, как теперь стало ясно, без таких ночевок не узнать. Однако понимание того, что от нашей поездки изначально нельзя было ожидать ничего другого, не снижало ощущения не реализованных возможностей. Да и не покидала мысль о том, удастся ли мне когда-нибудь вернуться в эти места?
И вспоминалась давно прочитанная у Мориса Эрцога фраза про реальность, которая "незаметно переходила в мечту"!
 
 
Фотографии Баргузинской котловины можно еще посмотреть на этом сайте в разделе "Вокруг Байкала". Это фотография "Ночевала тучка" и все фотографии от фото "На берегу Баргузина" до фото "Осеннее половодье".
 

Сервис W100.ru: создание сайта на CMS Joomla! designed by NET-TEC